Хороша Маша

Ну вот, с моими сыновьями – Сергеем и Ильёй вы уже знакомы. А теперь хочу познакомить вас, дорогие читатели моего блога, со своей старшей дочкой. Анна Мария, 7 лет, мамина копия, художница и очень большая умничка… Несмотря на то, что Маша ещё только собирается в первый класс, она уже очень хорошо читает на русском и латышском языках,  умеет писать ровными печатными буквами и даже немного прописными. Причём всё это получается у неё, словно играючи, совершенно без видимых усилий. Природа наградила Марусю отменной памятью – стихи она  запоминает влёт, практически с первого раза. А ещё Маша очень любит рисовать. Когда-то она  начала рисовать на стенах, потом разрисовала  мебель и бытовую технику, потом перебралась, наконец, в альбомы, и сейчас чередует их с рисованием на компьютере. Преподавательница в детской художественной студии говорит, что у Марии талант. И я, конечно же, ей охотно верю…

Маша – долгожданный ребёнок. Я очень люблю своих мальчишек, но так хотелось девочку. И вот я её дождалась.  Не просто так мы с мужем решили дать девочке двойное имя. О том, откуда оно, вы можете узнать, если интересно, почитав интервью, которое я совсем недавно  давала для одного интересного ресурса. Я там, вообще, много о детях говорю…

Думаю, моё долгое ожидание девочки не прошло даром, и она получилась моей точной копией. Наверное, со временем это пройдёт, но пока что о нас говорят: «Двое из ларца, одинаковых с лица». Однажды наш папа перепутал наши фотографии. На полочке в рамке была выставлена моя детская фотография с бабушкой. Муж проходил мимо, заметил, походя, это фото и удивился: «С кем это  Маша на чёрно-белой фотографии странного качества?» А люди, которые не видели меня уже много лет, встретив Машу, сразу узнавали в ней мою дочь.

Конечно, сказываются у Маши не только мои гены, но и наличие старших братьев. Хотя сейчас Мария уже с удовольствием носит красивые платья, заплетает косы и даже играет с куклами, всё равно с ещё большим удовольствием она лазит по деревьям, стреляет с двух рук из водяных пистолетов, бьётся на деревянных мечах  и мечтает, что однажды мальчишки возьмут её на тренировку по греко-римской  борьбе. Маша заговорила очень рано, уже к полутора годам она выдавала предложения. Но долго ещё она упорно  говорила о себе: «Я пошёл, я сказал, я сделал…».

А вообще,  речь у Марии удивительно правильная. Наверное, о таких людях говорят, что они обладают врождённой грамотностью. Когда Маша только начинала говорить, она слова, словно пробовала на вкус. Какое-нибудь сложное слово она повторяла по нескольку раз на все лады, прислушиваясь к нему, и, в конце концов, выбирала правильный вариант. Сейчас она временами ставит нас в тупик, легко выдавая довольно сложные для произнесения слова. Например, буквально на днях, мне было сообщено, что мы можем ходить по земле исключительно благодаря существованию гравитации.  Кто ей про гравитацию рассказал, не представляю.

Если внешне Маша очень похожа на меня, то по характеру она очень близка старшему брату: тоже вспыльчивая, эмоциональная, увлекающаяся. И иногда совсем непослушная. Зато уж если решила Маша помочь маме навести порядок в доме, я могу быть уверена, что её участок будет сиять! Летом я разрешала ей несколько раз задержаться со мной ночью, пока я работала. Так  хорошо нам с ней было! Маша сидела тихо-тихо, чтобы не мешать мне, рисовала свои удивительные картины и время от времени подходила ко мне пообниматься.  Она прекращала свои занятия и без всякого напоминания с моей стороны прибирала кухню, где мы с ней сидели, ставила на плиту чайник и делала нам с ней чай. Такое удовольствие было наблюдать за этой маленькой, серьёзной хозяюшкой.

Иногда, правда, посещают Машину голову странные идеи. Например, был у неё период, когда подстрижены были все! Пока я дремала, дочка выстригла мне клок волос, каким-то чудом она умудрилась обкарнать чёлки братьям, устроила себе парочку проплешин на голове и, что самое печальное, полностью состригла шикарные локоны своей младшей сестры Вероники. Последнее я уже не могла перенести спокойно – белокурые, лежавшие красивыми волнами волосы  Вероники были предметом моей гордости. Когда я увидела на их месте затылок, криво выстриженный под корень маникюрными ножницами, меня чуть удар не схватил. Я наказала Машу тем, что не взяла её кататься на лошадях, за что и поплатилась шикарной занавеской в детской комнате – к вечеру она тоже была располосована ножницами. Но это было уже давно. С тех пор Маша выросла, стала разумной девушкой, и сегодня мне от неё гораздо больше помощи, чем проблем. А волосы отросли быстро. Рука у Маши оказалась лёгкая.